Материнство как потеря

Все о моей матери — один из самых красивых портретов материнства в кинематографе. Альмодовар очень деликатно подходит к теме потери ребенка. И этот фильм убеждает, что женщины Альмодовара — это женщины, которые не просто способны на все, но и являются «всем».

Фильм рассказывает о матери-одиночке Мануэле, которая теряет семнадцатилетнего сына в день его рождения. После трагедии она отправляется в Барселону, чтобы отыскать отца мальчика, с которым не было контакта около двадцати лет, и рассказать ему о существовании сына.

В отличие от предыдущих фильмов, героиня не такая яркая и экстравагантная, но по ее мимике и подаче себя, характер сразу читается как сильный и стойкий. Она спокойна и рассудительна, в ней есть надрыв, но он никогда не уходит в истерию или излишнюю пылкость. Образ Мануэлы также не экстравагантный: она, как и все героини Альмодовара, любит красный цвет, но не выглядит вульгарно.

Мануэла до смерти сына Эстебана работала в Центре медицинских трансплантаций в Мадриде и учила врачей общаться с родственниками погибших: вела донорские семинары. Профессия требующая большой эмоциональной выносливости. Но однажды она сама оказалась человеком, которого успокаивали врачи.

Смерть сына показана очень трагично. Камера падает вместе с матерью. И это единственный раз в фильме, когда у Мануэлы такое выражение лица. Она больше не позволяет себе показывать надломленность.

Зритель часто видит страдания Мануэлы, но она переносит их с большим мужеством и плачет крайне редко.

Добавляя большую порцию боли, Педро Альмодовар вводит еще больше, чем обычно, женских персонажей. Только они могут помочь друг другу, несмотря на то, что все их травмы всегда умалчиваются на экране.

Режиссер дает зрителю провести очень мало времени с матерью и сыном. Кажется, что за такой промежуток невозможно прочувствовать всю глубину их отношений. Но это удивительным образом удается. Короткая пятиминутная сцена в квартире, где семья из двух человек смотрит фильм, а перед сном мать читает сыну книгу, рассказывает больше об их взаимоотношениях, чем зритель мог представить.

Первая отличительная черта образной системы Альмодовара в фильме: парные кадры. Мануэла и Эстебан в день его рождения, который стал днем смерти, посетили спектакль по пьесе «Трамвай „Желание“», где Хума Рохо, любимая актриса мальчика, исполняла главную роль. Позже мать пришла на тот же спектакль, но уже в Барселоне и уже одна. Хума Рохо, по прозвищу Дымка, становится причиной гибели сына Мануэлы. В попытке получить ее автограф мальчик гонится за машиной, в которой уезжает актриса и автомобиль сбивает его.

Для передачи широты кадров и вмещения бóльшего количества женщин режиссер использует анаморфный формат кадра 2.35:1, поскольку Альмодовар в фильмах любит прием «множественного материнства». Если есть одна мать, то и другая обязательно появится.

Приехав в Барселону, Мануэла встречается со старой знакомой — трансгендером Аградо. А та знакомит ее с молодой монашкой Розой. И так в фильме, помимо нового женского персонажа, появляется новая мать.

Роза оказывается беременна и ВИЧ-инфицирована. Тогда Мануэла разрешает ей пожить в своей квартире и берет на себя роль матери для девушки. Второй важный прием режиссера — материнство существует не только по отношению к ребенку. Это набор качеств, которыми может обладать любой.

Беременная монашка и так очень необычный герой. Однако, помимо этого, отцом ребенка Розы оказывается трансгендер Лола, которую раньше звали Эстебан. Именно она и была отцом ребенка Мануэлы, которого та скрывала от сына. Так две незнакомые женщины, чьи образы максимально контрастируют друг с другом становятся связаны отцом ребенка.

Сюжет раздвигает границы гендера, и это очередное подтверждение, что для Альмодовара материнство — это роль, которой может быть наделен человек.

Интересно, что даже здесь мужчины — отсутствующие фигуры. Никто не получает роль отцовства, потому что ничего не должно отвлекать от образов матери. Эстебану говорят, что его отец мертв.

Мануэла погружается в судьбы других людей и становится им сопричастной. Так она обретает новое родство и близость среди своих подруг.

Роза заявляет, что тоже назовет своего сына Эстебан, и они будут воспитывать его вместе с Мануэлой.

Помимо этой части истории, Мануэла ходит на спектакли Дымки и однажды помогает ей в тяжелой ситуации. Тогда та предлагает ей работу, не зная, что она стала причиной смерти Эстебана. В итоге, и в ней Мануэла находит подругу. А когда одна из актрис Нина не может участвовать в спектале, Мануэла заменяет ее. Ведь эту же пьесу она исполняла двадцать лет назад, где и познакомилась со своим мужем. Так она воплощает одно из желаний сына, играет на сцене.

Даже на сцене ее героиня — беременная женщина. Получается материнство — что-то вечное, существующее вне временного пространства. Мать навсегда.

Альмодовар посвящает фильм всем женщинам и всем актрисам, как бы проводя аллегорию, что каждая женщина обладает определенной «ролью» и «играет».

Роза умирает при родах. Для ее родной матери внук с ВИЧ инфекцией является обузой. Маленький Эстебан становится сыном Мануэлы. Цикл замыкается и бесконечное материнство продолжает существовать.

Но Мануэла все же встречается после этого с Лолой и рассказывает ей об их погибшем сыне, а также дает подержать маленького Эстебана. Вскоре Лола умирает, но даже к ней Мануэла проявляет заботу и трепет.

Если подводить итоги, можно сказать, что в этом фильме, материнство показано иначе, чем в предыдущих. Образ материнства воплощается в каждом герое и становится всеобщим. Для этого режиссер использует парные кадры и широкий формат. Он добавляет много взаимодействия женских персонажей и зритель практически никогда не остается наедине с одной из героинь. Главное — в фильме роль матери первична не по отношению к ребенку, а по отношению к окружающим. Хотя Мануэла сама потерянная душа, но именно она обладает внутренним стержнем, который помогает спасти остальных.

В итоге, Мануэла, как главная мать, излечивается благодаря материнству, которое продолжает нести функцию спасения. Репрезентация материнства здесь трансформируется от потери к невозможности потерять.